(Хуевая трагедия в нескольких действиях)

Дворцовая зала с камином, около которого сидит король Бардак в парике. Ноги его покрыты бордовым пледом, поверх которого лежит старый морщинистый член.

Король: (перекатывая член с ладони на ладонь)

О, если б в час давно желанный
Восстал бы ты, мой длинный член,
То я поеб бы донну Анну
И камер-фрейлину Кармен.

Я перееб бы всех старушек,
Я б изнасиловал девиц,
Я б еб курей, гусей, индюшек
И всех других домашних птиц.

(с рычанием)

Я сам себя уеб бы в жопу…
Фу. Размечтался. Там стучат.
Кармен, спроси, чего хотят!
Принес какой-то хуй Европу!

После продолжительного отсутствия разболтанной походкой входит Кармен. Подолом юбки протирая себе спереди между ног. Томно говорит:

Кармен:

Там, сударь, ебари пришли.
Сосватать вашу дочерь.
Меня в передней поебли —
Скажу — неплохо очень.

Король:

Да, видно, сильные мужи,
Просить скорее прикажи.
Затем подумай о гостях —
Нельзя встречать их второпях.

Сходи-ка к повару Динару,
Влей ему в жопу скипидару,
Чтоб шевелился он живей,
И был готов обед скорей.

Кармен быстро убегает. Входят два жениха: один в плаще, шляпе со страусовым пером, при шпаге и с шикарными усами; второй — напоминает монарха, бледен, с горящими глазами, король приветствует их, предварительно убрав член.

Король:

Здорово, доблестные доны!
Как ваши здравствуют бубоны?
Как протекают шанкера?
Как истекают трипера?

Оба дона:

Благодарим вас, ни хера!
Твердеют потихоньку.

Король: (обращается к расфуфыренному)

Позвольте, с кем имею честь,
Мне полномочия иметь?

Дон Пердилло:

Я перну раз и содрогнется
И старый сад, и старый дом
Я перну два — и пронесется
По пиренеям словно гром.

Сам герцог рыцарской душою
Мои таланты оценил.
Клянусь, Испании родимой
Я никогда не посрамил.

Король: (прослушав со вниманьем дона)

А друг ваш тоже знаменит?

Дон Пердилло:

О да! В ином лишь роде,
Он дрочит.

Король:

Где ж он сокрыт?

Из темного угла доносятся кряхтенье и дребезжащий голос:

Я тут… Постой… Кончаю вроде…

Выходит из-за угла, застегивая штаны и, отстранив дона Пердилло, говорит:

Я сам себя рекомендую.
Я тоже много еб сначала,
Потом же, давши волю хую,
Я превратил его в мочало.

И дам не надо. Ну и пусть.
Теперь ебусь я наизусть.

Возбужденный король, приподнявшись в кресле, протягивает руку дону Дрочилло.

Король:

О, дон Дрочилло, вы поэт.

Дон Дрочилло:

О, мой сеньер, напротив, нет.
Сперва я ставлю пред собой
Портрет нагой прекрасной девы,
И под бравурные напевы

Дрочу я правою рукой.
Не много нужно тут уменья:
Кусочек мыла и терпенье.
С большим искусством я дрочу,
и хуем шпаги я точу.

На вопросительный взгляд короля продолжает:

Я дон Дрочилло знаменитый
И идеал испанских жен:
Мой хуй большой, то зверь сокрытый,
Когда бывает напряжен.

Однажды был тореадором,
Когда сломалась моя шпага,
Я жизнь окончить мог с позором,
Но тут спасла меня отвага.

Тотчас, совсем не растерявшись,
Свой длинный хуй я раздрочил
И сзади поведя атаку
Загнал быку по яйца в сраку,

Бык, обосравшись, тут же сдох.
Вся публика издала вздох.
Сам Фердинанд, сошедши с трона,
На хуй надел свою корону.

И Изабелла прослезилась,
При всех раз пять совокупилась.
Тряслись столбы тогда у трона,
С нее свалилася корона.

Дон Пердилло и король:

Скажите, дон, нам не таясь,
И не скрывая ничего:
И королева усралась?
И кончились тут дни ее?

Дон Дрочилло:

О, нет! Синьора Изабелла
Перед народом только бздела,
И чтоб не портилась порфира,
Она терпела до сортира.

Король жестом усаживает женихов на диван и сам начинает хвастаться:

Король:

Мечу подобный правосудья,
Стоял мой член как генерал.
Легко не только что кольчугу,
Он даже панцирь пробивал.

Тогда в разгаре жизни бранной,
Во время штурма корабля,
Я повстречался с донной Анной,
И Анна сделалась моя.

С тех пор блаженством наслаждался,
Ее ебал и день и ночь.
Недолго с ней я развлекался,
И родилась Пизделла, дочь.

С шумом распахивается дверь и вбегает донна Ана. За ней степенно входит дочь короля донна Пизделла с ведерным бюстом и лошадиными бедрами, которыми она на ходу игриво покачивает, не замечая гостей. Королева говорит королю:

Королева:

На рынке сразу ото сна
Бродили не жалея ножек —
Купили разного говна
И полетань от мандовошек.

А в модельном магазине
Показал один приказчик
Интереснейший образчик
На великий хуй Дрочиллы.

Но цену заломил такую,
Что фору даст живому хую.

Король:

Немудрено. Вот дон Дрочилло.

Королева:

Ах!

(с деланым смущением прикрывает ладонью лицо растопыренными пальцами).

Король:

Не торопись, о курва.
Ведь знаю, ты под ним вспотеешь.
Представь сперва Пизделлу, дура,
А дать ему всегда успеешь.

Чтоб отвести от себя внимание, королева вытаскивает на середину дочь и представляет ее донам.

Королева:

Простите! Дочь моя, Пизделла,
Бордели все передрочила —
Имеет золотой диплом…
Ну, о гранд’ебле мы потом…

Оба дона:

Могу попробовать в новинку.

Пизделла:

Я не ебусь на дармовщинку.
Папаша брать велел рубли,
Чтоб на шарман не заебли.

Занавес опускается на некоторое время и вскоре поднимается. Зрители видят на сцене то, о чем загробным голосом вещает кто-то невидимый.

Голос:

Бог упокой дона Пердилло —
Погиб он как воин в бою.
Погибла и донна Пизделла
На дона Дрочилло хую.

Видно победоносное лицо дона Дрочилло. Действие окончено.

Медленно опускается занавес.

Иван Семенович Барков, «Король Бардак Пятый»